tonyaoren: (Default)
[personal profile] tonyaoren
Наряду с регулярными  Ваниными занятиями мы проходим какие-нибудь особые курсы, от традиционных до плясок с бубнами. Обычно нигде не обещают никаких результатов, но чем больше бубнов, тем радикальнее настрой адептов по отношению к другим, особенно традиционным, методам. Раньше, как человек честный и последовательный, я мучилась от невозможности разорваться - ведь все представляют свой путь если не как единственно верный, то, по крайней мере, как обязательный, а решать-то все равно родителям. Со временем пришла к пониманию того, что пробовать нужно все разумное, на что хватает сил, финансов и терпимости, а как совместить несовместимое , подскажет сердце.

Осенью в связи с эндокринологическими проблемами мы были в медико-генетическом центре, где генетические проблемы выявлены не были, зато случайно-хитрым образом мы попали на прием к генетику, которая по совместительству оказалась еще и врачом- антропософом

Пожалуй, это был первый врач, специалист и даже просто человек, который увидел Ваню так же, как я. Причем, ей хватило на это секунд тридцати общения с ним, пока я была не в кабинете. Затем по рисункам, которых я приволокла целый альбом, она определила возможные проблемы с некоторыми внутренними органами, о части которых раньше говорили эндокринологи, а другая часть после определилась на узи. Думаю, понятно, что даже если и не падать ниц от восхищения, то уж впечатлиться было можно.

Врач сказала еще много слов. В основном она обращалась не ко мне, а к психологу, которая нас к ней направила. Часть слов я понимала. Все то, чем мы с Ваней занимаемся, врач почти что  проигнорировала. Названий мест и фамилий наших специалистов она не слышала, чем меня поразила во второй раз. Зато предложила пройти курс занятий у лечебного педагога-антропософа. 

- Она будет вам говорить много всякого, но вы не обращайте внимание, свое дело она делает хорошо,  - предупредила врач.

Встретились с педагогом Татьяной мы на следующий день. Что имела в виду врач, я поняла почти с порога. Но обо всем по порядку.

Мы ездили к ней домой каждый день с перерывом на выходные в течение двух недель. После трехмесячного перерыва сразу сесть и катать каждый день по 40 км туда истолько же обратно по каду между фурами, несущимися со скоростью сто, мне было не очень легко, все-таки я не слишком опытный водитель, да и машина, прямо скажем, не бмв, зад ей колбасить начинало уже после 80 км/ч (после 1000 пробега почему-то это практически прошло). Но ничего, привыкла. Пару раз обратно, когда было уже совсем темно и страшно, ехала по городу - пробки меня не раздражают, а Ваня в машине ездит очень спокойно.

Каждое занятие было не меньше полутора часов. Сами-то занятия были хорошими, смущала терминология. Если честно, она мне показалась чудовищной, но что поделаешь, главное суть, а слова - это всего лишь клички. В кое-что я врубилась только после того, как поделилась с Ваниным речевым терапевтом, и она простыми словами объяснила смысл упражнений. Фразы Татьяны типа "а это хорошее упражнение от аутизма", конечно, убивали, но лицо я держала, памятуя о предупреждении врача.

Если объяснять человеческими терминами, занятие состояло из упражнений на крупную и мелкую моторику, тактильных переживаний, музыки, массажа. Ваня ходил по веревке, натянутой у пола, с палкой на голове, высоко поднимая ноги, выписывал всяческие восьмерки, звезды и прочие кренделя. Дрался на палках с Татьяной - там суть была не в том, чтобы побить соперника, а в том, чтобы скрестить палки, приложить при этом силу и координировать все с ногами. Балансировал на мяче. Лепил из разогретого воска. Рисовал какими-то супер-пупер экологичными красками на супер-пупер экологичной бумаге. Играл на забавных музыкальных инструментах (я больше всего полюбила такую штуку, у которой внутри какие-то мелкие семена и тряска и всякие плавные движения этой штукой извлекали приятные звуки, похожие на звук льющейся воды, какого-то шуршания).

Под конец занятия Татьяна делала, простигосподи, хирофонетический массаж - некий набор очень тонких движений, сопровождаемых соответствующих движению звуком, издаваемому особым образом - сложно объяснить на словах. В целом был такой порядок, каждый раз Татьяна что-то добавляла, меняла, подбирая оптимальный для Вани вариант. Набор символов для массажа тоже подбирается для каждого человека конкретно. Как, не знаю - это какая-то очень непростая техника, которой учатся не один год. Первые пару раз Ваня орал, как резаный, хотя этот массаж не то что не болезненный, он вообще очень нежный. Но Ваня боится нового и непонятного и реагирует бурно. Сейчас по вечерам я делаю Ване небольшой массаж, но это, конечно, так, ерунда. Единственное, что объединяет его с тем массажем - розовое масло. Фу, как же я не люблю любые масла на теле. Но роза заземляет , так что морщусь и заземляю :)

Во время перерыва на выходные Татьяна летала в Швецию, где она прожила 20 лет, а сейчас получает дополнительное образование. Там она показывала последние рисунки Вани коллегам-антропософам, и те по рисункам дали некоторые объяснения и прогнозы. Не понимаю, как это действует. Даже честно прочитала книгу Грегга Ферса Тайный мир рисунка , но рационального объяснения пока так и не получила - а я не из тех, кому легко что-либо просто принять на веру.

Кроме занятий, Ване была прописана еще и особая антропософская гомеопатия. До этого Ваня год принимал обычную гомеопатию, которая тоже вроде как была не совсем классической. От нее было два хороших результата - в первые недели приема был очевидный прогресс в речи, а летом Ваня перестал грызть ногти (думаю, это эффект гомеопатии, потому что врач подбирала препарат тогда именно для этого). Откровенно говоря, у меня самой уже глаза становятся размером с хорошую сковороду от того, что я пишу :) Но от фактов никуда не деться: я видела положительный неврологический результат двух вариантов гомеопатии, а также уколов тестостерона - и это я понимаю еще меньше, потому что действие тестостерона рассчитано не на мозг, а на совершенно другие органы. Первый курс тестостерона повлиял на речь, эффект второго, завершившегося на той неделе, вижу прямо сейчас.

Когда мы пришли к антропософскому врачу во второй раз, она показала на Ваниных рисунках, что появилось в результате приема препаратов. Вернее, я показала эти элементы, а она объяснила связь их возникновения и гомеопатии. У Вани вообще есть масса стереотипий в рисовании, определенные сюжеты задерживаются в его рисунках надолго. И как раз после окончания курса у Татьяны появились фигуры, похожие на восьмерки из нескольких звеньев, снеговики, состоящие не из 2-3, а из гораздо большего числа кружков. Какие-то там межклеточные связи восстановились (я все еще держусь за голову, потому что подобные вещи для меня по-прежнему звучат под аккомпанемент бубна :)). В общем, связи восстановились, двинулись дальше, сменили препараты - мне весь этот набор слов сложно удержать в голове.

Врач спросила, что я думаю по поводу занятий у Татьяны. Я призналась, что они показались мне вполне рациональными, но было бы, на мой взгляд, лучше проводить их на регулярной основе, как и все остальные Ванины занятия, а не курсами. Врач дала координаты другого педагога, еще лучше и которая занимается как раз регулярно. К сожалению, телефон она мне дала неверный, и я только сегодня нашла правильный номер, завтра буду звонить."

И на этом плавно перехожу к школьному вопросу. Собственно, и переходить-то особо не к чему. Мы побывали у некоторого количества психиатров всяких разных форматов, получили небольшой список рекомендаций и назначений. В марте прошли комиссию по определению типа школы.

Смех смехом, а мне, действительно, гораздо проще, чем мамам обычных детей - выбора-то практически и не было. В речевую школу Ваню не возьмут, потому что не возьмут, "поведенческих" детей туда не берут. В классе массовой школы он учиться не может просто потому, что не может на данный момент учиться в группе - из-за проблем с восприятием речи ему сложно сконцентрироваться на незнакомых и не очень интересных вещах, если ему постоянно лично в этом не помогают. Индивидуально в массовой школе - это был бы хороший вариант, но где найти такого учителя, который возьмется за Ваню? Поэтому оставался один приемлемый вариант - коррекционная школа, в которой обучение происходит по программе массовой школы, но слегка растянуто, а так же там есть такие специалисты, как психолог, логопед и дефектолог. В коррекционную взяли, но тоже только на индивидуальное обучение. Надеюсь договориться, чтобы Ваня посещал уроки типа физкультуры, пения, рисования.

В общем, все неплохо. Хотя хуже могла быть только вспомогательная школа, куда берут умственно отсталых детишек. У Вани интеллект сохранный, так что для него это был бы плохой вариант, он из тех детей, кто способен тянуться к более сложному.

Школа, которая была бы прекрасна для Вани, на мой взгляд, - это вальдорфская (вальдорфская педагогика - часть антропософского учения). В Питере их только три, одна из которых государственная и туда не берут детей с проблемами развития, вторая частная и существует на какой-то полулегальной основе, третья тоже частная и неподъемна для меня по деньгам. Ну и, кроме того, все три школы расположены ужасно далеко от нашего дома. Так что я даже не стала рассматривать эти варианты, как возможные, хотя сама идея вальдорфской педагогики мне понравилась если не полностью, то больше обычной-то точно.

Ваня в школу очень хочет. Научился хорошо читать. Вернее, научила его педагог из "Отцов и детей", умница и молодец. Но буквы все-таки Ваня выучил сам, уже года полтора назад. Он читал мне на днях "Репку", а потом Хармса :) Читает все, что видит. Считает тоже все, но с математикой пока не очень.

Вот, собственно, и все.

Most Popular Tags

Style Credit

Page generated Sunday, 22 October 2017 09:55
Powered by Dreamwidth Studios